И они были на той войне

У каждого, кто воевал, было свое место в общем ратном строю. Недавние агрономы и учителя, техники и юристы, студенты и курсанты становились пехотинцами, танкистами, артиллеристами, зенитчиками, пулемётчиками, разведчиками, снайперами, связистами. Лет 20-30 назад армия ветеранов была многочисленной, и о каждом из них можно было написать как о герое той войны, невзирая на звездочки на погонах и награды на груди. Они все были героями того времени. Их военные дороги были долгими и тернистыми. Наши деды и прадеды завоевали для нас мир и свободу, и наша святая обязанность – сохранить то, что передали они нам в наследство, а также память об их героическом подвиге. Память о Великой Отечественной отзывается болью буквально во всех белорусских семьях.

Фёдор Тимофеевич Глухарев

Его воспоминания записаны мной 10 лет назад. Жил Фёдор Тимофеевич в д. Старое Полесье. Из этих воспоминаний я узнала, что он в годы Великой Отечественной войны, оказавшись, как и многие в то время, на оккупированной немцами территории, участвовал в партизанском движении, а в 1944 году его дорога лежала на фронт. В г. Могилеве было сформировано 72 вагона с военнослужащими, на фронт одновременно отправлялись около трех тысяч человек, состав вели два паровоза.
Воевать Фёдору Тимофеевичу довелось в составе II Белорусского фронта. Участвовал в боевых действиях по освобождению Польши, форсировал реку Нарву. Был пулеметчиком. Форсирование Нарвы отложило глубокий след в памяти ветерана. В их группе было 30 лодок. Немцы на противоположном берегу заняли удобную позицию, устроившись в верхней части близстоящей церкви и свысока обстреливали переправу. Шансов выжить, казалось, не было ни у кого. На тот берег из 30 лодок переправились только три. Фёдора ранило в плечо, лодка была прострелена в нескольких местах. Снимали шинели, рвали на тряпки и затыквали ими отверстия, чтобы дотянуть до берега. Повезло парню из Старого Полесья, он остался жив. Первую помощь ему оказали санитарки уже на берегу, под огнем также рискуя жизнью, затем он оказался во временной санчасти, где единственным обезболивающим средством был на то время откуда-то добытый… табак. Так делали операцию.
…Великую Победу встретил в госпитале.
Вернулся с войны домой. Приобрел мирную специальность – тракториста. Отработал в тогдашнем совхозе «Круча» 32 года. С супругой Надеждой Филимоновной воспитали 8 детей. Выросли их внуки, пра-внуки. Для старших из них рассказы Фёдора Тимофеевича надолго останутся в памяти, они затем расскажут их своим детям, чтобы события той войны, Великой Отечественной, не превратились в пожелтевшие и потускневшие экспонаты музейных экспозиций, чтобы для сегодняшних поколений современной молодежи солдаты 1941-1945 г.г. не были сродни былинному Илье Муромцу – славные, но далекие и не реальные.
Потому что до сих пор, хотя прошло 75 лет со дня Великой Победы, те жесточайшие испытания стоят перед глазами их свидетелей, которых остались считанные единицы.

Егор Степанович Щитников

Судьбы многих наших ветеранов Великой Отечественной войны начинались похоже: не успев стать взрослыми, испытать радость и счастье в этой жизни, совсем еще юными они уходили на защиту Отечества.
16 лет было Егору Щитникову, когда началась война. Оказавшись на оккупированной территории, подросткам того времени пришлось взять на себя нелегкую ношу за ушедших на фронт отцов. В свои 15-16 лет они решали непосильные бытовые вопросы и без поры мужали.
А еще они были полны решимости встать на защиту своего Отечества, ненавидели черные силы фашизма, принесшие на родную землю горе, смерть, разруху.
Малейшее действие против установившегося режима оккупации каралось на месте. Так, за неподчинение и нежелание работать на немцев Егор оказался в лагере в Орше, где ему довелось провести почти два года. И лишь в 1944 году после освобождения Беларуси он вышел на свободу. Дома посчастливилось побыть только три дня: получил повестку из райвоенкомата. Родом Егор Щитников – из д. Друцк, в тот день их пришло в военкомат только из одной деревни около ста человек.
…26 июня1944 года. Егор Степанович запомнил этот день на всю жизнь, ведь появилась возможность мстить врагу, а главное – внести свой вклад, выполнить свой долг по защите Отечества. В тот день формирование новобранцев в Толочине (почти 1500 человек) направили в сторону Вильнюса. Но военную службу солдату пришлось начинать спустя несколько месяцев, так как по состоянию здоровья его направили сразу в санчасть, а затем в медсанбат. Когда окреп, были три месяца подготовки в зенитном учебном полку. И только потом Егор попал на фронт. В составе наземной артиллерии ему довелось воевать в самых горячих точках того периода: Варшава, Гданьск, а затем битва на Одере. Он был участником последнего прорыва. К великому счастью, избежал ранений. Как будто бы кто-то свыше охранял его в этих кровопролитных боях, ведь пули свистели рядом, рядом падали и умирали солдаты, а он шел и шел вперед.
Великий День Победы встретил в Берлине. «Когда объявили долгожданное: «Войне конец!», в какой-то момент в это нельзя было поверить. Но повсюду уже доносились крики, стрельба в воздух. Какое было счастье! Все обнимались. Тогда ликовали от радости все: и американец, и русский. Стреляли до последнего патрона в диске автомата, а некоторые и вовсе дали волю слезам. Плакали от скорби за своих товарищей и родственников, что не дожили до этого святого дня!», – вспоминал ветеран.
Закончилась война. Пять лет еще служил Егор Степанович в Германии. Три военные специальности в военном билете фронтовика: стрелок, артиллерист, радист. Командовал отделением радистов. На родину вернулся в конце 1950 года. За свои боевые заслуги награжден медалями «За отвагу», «За Победу над Германией», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», орденом Отечественной войны II степени.
Как и другие ветераны, после войны все свои силы, энергию, энтузиазм отдавал на восстановление разрушенного врагом народного хозяйства и строительство новой жизни – мирной. У него была и самая мирная профессия – строитель, работал каменщиком в ПМК-116 (теперь ПМК-266).
Мне посчастливилось по долгу службы не единожды встречаться с этим человеком, я хорошо его знала. Тогда, в 70-ые, ветеранов Великой Отечественной было много рядом, а мы, молодые, как-то не совсем понимали, что нам выпало счастье соприкоснуться с самой историей.
Сейчас в Круглом живут сын Егора Степановича, внук, внучка, подрастают правнуки, а значит, память о ветеране, о его боевых подвигах жива.

Петр Романович Шкиндеров

Более 10 лет назад в составе агитпоезда «Забота» мне довелось побывать в д. Ст. Полесье и посчастливилось встретиться с ветераном Великой Отечественной войны Петром Шкиндеровым. Я застала тогда Петра Романовича за привычной каждодневной работой по дому: в русской печи мирно потрескивали дрова, которые чем-то напоминали и партизан-ский костер, и Петр Романович начал рассказывать о той далекой войне, о которой мы знаем, к счастью, в большинстве своем из книг и кинофильмов. Рассказы, пожалуй, у всех ветеранов начинаются чуть похожими фразами: «Никто ведь не думал, что будет война, только начинали жить, у каждого имелись свои планы, мечты, а тут как на голову свалилось враз одно общее для всех большое горе – война. На защиту Родины, как говорится, встал и стар и млад. Все прекрасно понимали, что только общими усилиями можно победить такого страшного врага, такую силу».
С момента образования партизанских отрядов при первой же возможности мужчины уходили в партизаны. Так и Петр Шкиндеров стал партизаном в 1942 г. Первое боевое крещение принимал в составе 24 партизанского отряда. Его включили в бригаду подрывников и, выполняя задания, они все чаще с друзьями уходили в соседний Толочинский район на тот или иной участок железной дороги, чтобы взрывать поезда, движущиеся на фронт. Всякий раз, отправляясь на задание, никто из них не знал, придется ли вернуться назад живым, ведь железнодорожное полотно хорошо охранялось противником. Не раз попадали под обстрел. Часто приходилось уходить от преследования, неся на себе раненого товарища. «Пули свистели все чаще рядом, но судьба берегла меня от них» (из воспоминаний ветерана).
В 1944 году, когда партизанские отряды слились с действующей Армией, некоторое время Петру было поручено непростое дело: он был охранником, ему приходилось сопровождать арестованных полицаев. Пожалуй, свои враги были более неприятны и отвратительны для бывшего партизана, чем даже сами немцы, в их глазах в тот момент было больше ничтожества и жалости, чем той волчьей прыти и жестокости, с которой они предавали свой народ в годы немецко-фашистской оккупации.
Затем Петра Романовича направили помощником машиниста, и до окончания войны он ездил с составами до Минска с техникой и живой силой в сторону фронта. Много еще противника недобитого оставалось в лесах, часто обстреливали идущие составы. Всего хватало на войне: и крови, и страха, и смертей. Петру Шкиндерову посчастливилось выжить в той войне. Вместе с остальными мужчинами, что вернулись домой, восстанавливал разрушенное врагами. Работал трактористом в родном совхозе «Круча». Дома всегда была надежная поддержка, когда образовалась своя семья. Никто никогда не думал, что дети в семье – это трудности, они приносили радость, у Шкиндеровых росло 9 ребят. Всем хватало, как говорится, и места, и хлеба. И был Петр Романович тогда счастливым человеком, была счастлива вся семья. Но еще одно испытание послала ему судьба: он остался вдовцом. Как можно было совмещать работу на тракторе от зари до темна с работой по дому, которая также легла на его плечи, ведь младшему сыну было всего 3 года? Но настоящие солдаты не сдаются. И тут выстоял Петр Романович в трудную минуту. Конечно же, всю сложность ситуации понимали и старшие дети, которые помогали отцу во всем.
Когда душевная боль немного утихла, в жизни Петра Романовича появилась другая женщина, Анна Головкова, которая заменила его детям мать и родила Петру Романовичу еще 4 детей.
Всего в семье ветерана выросло 13 детей, они, в свою очередь, подарили дедушке и бабушке 26 внуков, 7 правнуков.
Их дом в живописном уголке д. Ст. Полесье всегда был полон радости и жизни.

Записала и подготовила к печати Екатерина Слизунова.